история одной дырявой кепки и чистого сердца
Когда началась специальная военная операция, Олегу Воробьеву, штурману загранплавания в отставке и бывшему старшему оперу угрозыска было 56 лет. Он точно знал, что на СВО его не возьмут – приказ главка строг: офицеров старше пятидесяти на передовую не пущать. А потому даже не пошел в военкомат – ведь его другу отказали в заключении контракта именно из-за возраста…
А уже в 2024-м Интернет облетает фото деда с бородой до пояса, которому стукнуло шестьдесят шесть – он служит водителем за ленточкой. Для таких, как они, создано добровольческое объединение «БАРС». Из пятерых питерских добровольцев-пенсионеров медкомиссию проходят только двое: сам Воробьев (позывной «Пуща») и его товарищ «Хромой».
«Мы тогда покатили вдвоем на юга под плач дочерей, – вспоминает «Пуща». – А учебный лагерь за глаза именовали ЧВК “Валидол”. Ибо у всякого возрастом за пятьдесят какая-нибудь болячка да имеется. У кого давление, у кого спина, а у меня колени. Гоняли нас прилично, но без фанатизма. Главное было – дойти от палатки до полигона четыре километра в бронике и назад к обеду. Потому и нужен этот лагерь, чтобы проверить себя на остатки выносливости и не подвести товарищей».
Черноземный щит
Их везут под Северск. Третья линия обороны. До противника по прямой около четырех километров, до своих позиций в городе – двенадцать. Второй линии здесь просто нет.
«Воевал – это сильно сказано, – усмехается боец. – Врага как такового тут не было, ДРГ не в счет. Однако потери были. Из-за вражеских дронов».
Именно возраст стал их главным тактическим преимуществом. Там, где молодые могут дрогнуть или побежать, мужики из «БАРСа-19» стоят намертво.
— Дело именно в возрасте “барсиков”, который официально 50+, а по факту – шестьдесят с хвостиком, – рассказывает «Пуща». – В таком возрасте стыдно драпать. Многие пришли сюда не за плюшками, а грехи былые искупить. Издревле завещано, что павший на поле брани воин освобождается от всех прегрешений. Вот и шли за тем освобождением.
В 2023 году во время украинского контрнаступа противник прорвал две первые линии обороны и уперся в позиции «Девятнадцатого». Их комбат с позывным «Гранит» лично вывел на рубеж тыловиков – штабистов, водителей, поваров. Целую неделю батальон держался в черноземе, не отдав врагу ни метра. ВСУ очень не любят «Барсов», потому что знают: они не побегут.
Исцеление свинцом
Война ломает людей, но иногда она же собирает их заново. Среди соратников «Пущи» есть и те, кто пришел на фронт умирать.
«Шварц» – онкология, удалено одно легкое, метастазы пошли по второму. Врачи давали ему год. Медкомиссии отсекали его раз за разом, пока «Шварц» не написал письмо министру обороны. Он попал в «БАРС-19» простым дронобоем. По возвращении в Питер врачи развели руками: рак отступил. Посему и враг отступит.
«Юраган» страдал от забитых силиконовой пылью легких – инвалидность со времен работы на Апатитском комбинате. Попав к минометчикам, вчерашний доходяга начал таскать 18-килограммовые мины в гору под дронами. Через три месяца он вытащил защитные плиты из бронежилета, убрал каску и взвалил на спину сразу три мины – 54 килограмма плюс автомат. Когда по позиции ударил вражеский миномет, «Юраган» накрыл своим телом аккуратно выложенные снаряды, спасая расчет. Домой он вернулся с чистыми легкими и румянцем на щеках.
Сам «Пуща» тоже оставил все хвори там, в луганской земле. Если раньше редкий раз поднимался на третий этаж без матерка из-за больных коленей, то после восьми месяцев службы бегом взлетает по эскалаторам метро.
День шоколадных вафель
Страх приходит после, когда тело уже сделало все само. Двадцать третьего августа прошлого года «Пуща» нес воду и продукты с «Ноля» – самого близкого к передовой подразделения – на свой пост «Тэшка». Баул весил двадцать килограммов, броник – десятку. На «Ноле» пришлось задержаться: помимо консервов, старшина «Айболит» передал «Тэшке» куриные яйца и дефицит – настоящие шоколадные вафли.
На середине крутого подъема раздался выход танкового орудия. Времени на решение – полторы секунды. Тело само метнулось к корням дубка на обочине. Но взгляд зацепился за пятилитровую канистру в левой руке, доверху набитую куриными яйцами для бойцов. Всплыли слова жены из мирной жизни: «Настоящий мужик яйца никогда не разобьет!»
«Пуща» замер посреди тропы, зажмурившись и прижав подбородок к груди. Разрыв грохнул в двадцати метрах, на вершине холма. Осколки просвистели над головой. Яйца остались целы. Благодаря вафлям от старшины «Айболита» и этим самым яйцам бывший штурман получил свой второй день рождения: если бы он вышел раньше или позже, осколки бы его не миновали.
«Когда тебя атакует дрон, всегда есть несколько секунд, когда успеваешь скомандовать себе “К бою!”, – делится ветеран. – Руки-ноги-голова сами делают как надо, места страху не остается. А когда летит снаряд… времени испугаться просто нет».
На войне атеистов нет. Это истина, которую комсомольский активист «Пуща» усвоил еще в мореходке, попав в штормы в Атлантике. Теперь у него есть своя короткая молитва, которую он часто повторяет: «Мати-суре-русе-земе, слава тебе! Слава люду твоему! Слава воинству твоему! Слава священству твоему! Всем и каждому сва – слава!»
Летают
18 января этого года, получив боевое распоряжение на дембель, «Пуща» стоял на погранпереходе. К нему подбежала молодая женщина из машины, стоявшей в очереди следом.
– Вы доброволец? – спросила она, глядя влюбленными глазами, а потом передала экзотический фрукт, похожий на головку сыра. – Это вам. С благодарностью от всех нас!
И обняла. Вокруг стояла тишина, нарушаемая только гулом машин. Ради одного такого момента стоило идти на войну, говорит «Пуща».
Вернувшись на Московский вокзал, «Пуща» увидел толпу встречающих. Дочь плакала, зять пытался выглядеть суровым, друзья орали «Ура!». Вернулся. Живой. Бронежилет иссекло осколками дрона прямо на позиции, когда он вывесил экипировку для просушки, форменную кепку пробило крошечным осколком повыше темечка. Сам хозяин брони остался невредим. Теперь, когда знакомые спрашивают, как оно там, «Пуща» снимает кепку, показывает дырочку и отвечает одним словом:
– Летают.
От редакции: Автобиографическую повесть Олега Воробьева «Война для своих: Исповедь штурмана, сменившего океан на третью линию обороны», написанную специально для «Приозерских ведомостей», читайте в следующих номерах газеты.
