Наступил февраль — последний месяц зимы, в котором мы всё чаще вспоминаем о весне. Доктор филологических наук Валерий Ефремов предлагает вспомнить, как именовали февраль задолго до петровской календарной реформы.
Каждому, кто изучал в школе какой-либо из основных романских или германских языков (английский, немецкий, испанский, французский), понятно, что русские названия календарных месяцев вовсе не русские, а интернациональные. Многие помнят и то, что современный календарь, начинающийся с 1 января и заканчивающийся 31 декабря, был принят в результате календарной реформы Петра I в 1700 году. Однако названия месяцев (январь, февраль, март, апрель и т. д.) существовали в Древней Руси со времен ее крещения: именно тогда в церковных текстах появились привычные нам римские по происхождению названия.
Однако что же было до крещения Руси и как месяцы назывались в крестьянском, а не церковном календаре? Прежде чем перейти к рассказу, важно напомнить о трех особенностях реконструируемого славянского календаря. Во-первых, начало и конец славянских месяцев, по-видимому, не совпадали с границами европейских, что исторически объясняется лунным календарем славян. (Именно поэтому, кстати, месяц в славянских языках и называется месяцем — одним лунным циклом.) Так что, когда мы рассуждаем о народном названии февраля, важно понимать, что для наших древних предков это, безусловно, был последний зимний месяц, но длился он по современному календарю с середины января до середины февраля. Во-вторых, на разных территориях славянского мира одни и те же названия могли использоваться для разных месяцев. Так, «травень» в восточнославянских языках — это май, а в части южнославянских — апрель; «студень» и вовсе обозначал в разных языках три разных месяца: ноябрь, декабрь или январь. В-третьих, внутри народного календаря даже в одном славянском языке может быть несколько названий одного и того же месяца, что мы и видим применительно к русскому языку.
Итак, большинство ученых вполне согласны с тем, что в общеславянском календаре последний месяц зимы назывался «сечень». Этимология слова достаточно проста и отражает аграрный характер славянского месяцеслова: оно образовано от глагола «сечь». Именно в этот период начиналась вырубка леса и подготовка земли для ведения сельского хозяйства. Заметим, что в некоторых славянских языках, например в польском или хорватском, «сечень»/«сичень» обозначает январь. И вот тут обнаруживаются следы древней славянской картины мира: в ряде славянских календарей было два сеченя — большой (январь) и малый (февраль). Интересно, что и в словаре Владимира Даля, отражающем прежде всего народную картину мира русского крестьянина, «сечень» интерпретируется и как январь, и как февраль.
❄️ Лютень (лютый) — второе наиболее распространенное название последнего месяца зимы в русском (а также, например, в белорусском или польском) народном календаре. Его этимология еще более прозрачна: базовое значение общеславянского корня *ljut- — ‘злой, безжалостный, суровый’. Считается, что самые крепкие морозы в северной части славянского мира приходились именно на финал зимы. Отсюда и присказки: «Февраль лют, как бог, да и сам не плох: рисует, малюет, красную весну чует», «Лютуй, февраль, не лютуй, а на весну брови не хмурь» или «Февраль — месяц лютый, спрашивает, как обутый».
❄️ Вьюговей — название, также характеризующее специфическую погоду конца зимы. Вообще-то этим словом в ряде мест обозначается снежный буран, но на некоторых территориях он используется и для обозначения февраля: «На Сретение вьюговей — снег выметает с полей».
❄️ Снежень — реже, чем «сечень» или «лютень», использовавшееся слово. Разумеется, имя месяца указывает на снежные бури, метели и снегопады, свойственные этому времени года. Интересно, что в двух славянских языках (белорусский и македонский) «снежень» — это не последний, а как раз первый месяц зимы (декабрь).
